Глава 16. Железо

В гостиной звякнуло железо. Коротко. Потом ещё раз.

Саша вернулся тот же: пах кофе. Но поверх знакомого держалась дорога. Сначала — пыль и бензин. За ними — что-то горькое, чего раньше не было.

Вечером он рассказывал Ване про Донецк. Я лежал у дивана и пытался понять все детали его рассказов. Там были дома с пустыми окнами. Люди грели воду, пили чай, смеялись, но в рассказах Саши между словами оставались длинные места.

Иногда он замолкал и смотрел в окно. Ваня не торопил. Я подходил ближе и садился у его ноги. Если ладонь опускалась мне на спину, значит, место было выбрано правильно.

Телефон несколько раз оживал у него в руке.

— Конечно вернёмся, всё будет хорошо, — говорил Саша, откладывая телефон экраном вниз.

По утрам он надевал пятнистую одежду. Маша называла её «мультикам». Саша уходил на улицу и возвращался с холодными руками, пахнущий потом и лесом.

В клинике, у прохода, чужие люди говорили «работа» про то, из-за чего человека нет дома. Саши дома долго не было — но у тех людей от слова голос делался усталым, а у Саши горчила куртка. Слово повисло рядом с ним и не пристало.

После брался за железо.

Железо стукалось о железо. Пол отзывался под ногами. Саша двигался медленно, без лишних остановок. Я сидел неподалёку и следил, чтобы тяжёлые круглые штуки знали своё место.

Потом он ложился на коврик. Тут начиналась моя часть работы.

Я подходил к его плечу и мурлыкал. Саша подхватывал меня под живот, прижимал к груди и начинал подниматься. Вверх. Вниз. Снова вверх.

Лапы висели. Усы дрожали. Мотор внутри исправно мурчал.

— Моя гантеля для пресса — говорил Саша.

Я не спорил. У каждого в доме должна быть полезная должность.

Сердце у него билось под моим боком ровно. После нескольких подъёмов ладонь становилась горячее. Иногда Саша останавливался, но меня не отпускал. Я лежал и урчал, пока дыхание снова не становилось спокойным.

Лира в это время занимала подоконник. После болезни она двигалась мало. Спускалась к миске, возвращалась и укладывалась серым комком на прежнее место.

Я пару раз приносил ей мячик. Она смотрела на него так, будто мячик пришёл без приглашения.

Тогда я подошёл сам и ткнул её лапой в бок.

Лира открыла один глаз.

— Шшш.

Я отскочил, пробежал до двери и вернулся. Она не двинулась. Пришлось повторить, на этот раз отбежал не так далеко.

Лапа просвистела у самого носа. Когти Лира спрятала.

Я рванул через комнату.

Сзади послышался тяжёлый прыжок и частые шаги. Лира догоняла меня совсем не для игры — она собиралась объяснить порядок. Но для бега это не имело значения.

Мы пронеслись мимо кухни, обогнули диван, вылетели к наблюдательному посту и скатились по лестнице вниз. На повороте я поскользнулся. Лира почти достала меня лапой, но я успел уйти под кресло.

Она остановилась посреди ковра. Бока ходили быстро. Хвост сердито бил по бокам.

Я высунул голову и мурлыкнул примирительно.

Лира отвернулась.

В гостиной снова звякнуло железо. Саша опустил его на пол и провёл ладонью по лицу. Потом посмотрел на нас.

— Разбегались. Гантели не сшибите.

Я вылез из-под кресла и обнюхал гантель. Она пахла Сашиной ладонью.

Лира села. Сначала вылизала грудь, потом тщательно оправила усы. Дыхание у неё уже стало ровным.

Она прошла к своей мягкой горе, но наверх не полезла. Осталась у окна и ещё немного посмотрела во двор.

Железо больше не звякало. Только из кабинета вскоре донёсся знакомый стук клавиш.